Чиновники, ответственные за развитие омской медицины, втихаря закрывают роддома, а главу ведомства Мураховского не слышно месяцами.
Нуждается в «лечении»
Одна из важнейших структур областного правительства – министерство здравоохранения – практически в полном составе залегла на дно общественной жизни региона. Главу ведомства Александра Мураховского не видно уже несколько месяцев, его многочисленные заместители «попрятались в домики», и лишь телеграм-канал Минздрава бодро сообщает о 17-килограммовых опухолях, удаленных у омичек, которые жили с ними месяцами, ни о чем не подозревая.
Между тем сама омская медицина, за которую отвечают пропавший министр и его команда, уже давно не напоминает молодой и здоровый организм. Диагнозы ей ставились неоднократно, и практически всегда это проходило в жарких дискуссиях, вызывало живой отклик у омичей. Проблем в системе здравоохранения меньше не стало, но сегодня это сопровождается поистине зловещей тишиной – то ли реанимация, то уже кабинет патологоанатома.
Эксперты, к которым мы обращались при подготовке этого материала, согласились говорить только анонимно: Минздрав заткнул рот всем. Коллективы медицинских учреждений «выносят сор из избы» в самых крайних случаях. И то зачинщиков быстро вычисляют и теми или иными способами заставляют замолчать. Клиническая картина понятна – организм глубоко болен, но при этом крайне агрессивен и не терпит вмешательства извне.
«Избиение» роддомов
Так, областной Минздрав «без лишнего шума и пыли» закрыл один роддом в Омске (№ 5 в Ленинском округе) и по всем признакам готовится ликвидировать еще один – «четверку» в Октябрьском округе. Делается это жестко и бескомпромиссно. Меняется так называемая маршрутизация пациенток, и большинство из них оказываются в Городском клиническом перинатальном центре на улице Герцена. Потом вызывается главврач «отстающего» роддома, и его ставят перед фактом – омички не идут к вам рожать, койки простаивают, будем закрывать.
Коллектив 5-го роддома на улице Рождественского пытался отстоять свое учреждение, обратившись в СМИ и федеральный Минздрав, но результата это не дало. Теперь, похоже, настала очередь 4-го роддома на улице 3-я Транспортная.
– Подозрение, что роддом № 4 «сливают», подтверждалось по разным косвенным признакам. В ноябре кто-то написал письмо в Минздрав. По слухам, главврача предупредили: либо он находит авторов и увольняет, либо уволят его, потому что коллектив распустил, – рассказывает бывшая сотрудница роддома № 4.
Действующие же работники настолько деморализованы, что даже не выступили с коллективным обращением. Они ждут окончательного вердикта «всесильного» министерства.
Генеральный директор Центра экспертизы в области здравоохранения Дмитрий Потопальский о проблемах омской медицины говорит всегда открыто и максимально жестко. Эксперт признает, что роддома в Омске «недогружены», но абсолютно не согласен с тактикой Минздрава, который закрывает учреждения, ни с кем не советуясь.
– На мой взгляд, организаторы здравоохранения должны общаться с простыми гражданами и доносить информацию. Всех, конечно, шокирует закрытие роддома № 5 и то, что 4-й на очереди, – говорит Потопальский. – Фактически эти учреждения и наполовину не были загружены, их персонал простаивал и простаивает сейчас. Сложилась ситуация, когда персонал, которого и без того не так много в Омске, «размазан» по всем роддомам неравномерно, нигде нет полной штатной численности. Разумнее было бы собрать специалистов в тех роддомах, где более высокое оснащение. А избыточную площадь использовать в здравоохранении, но под другие цели.
Для этого нужно формировать общественное мнение. Но в силу ограниченности и закомплексованности чиновники от здравоохранения избегают контактов с населением. Они не формируют профессиональную позицию.
Еще одна серьезная проблема, о которой в Омской области вообще не говорится, – на селе перестали рожать. Все более-менее сложные случаи сразу же направляют в город. Квалификация роддомов в муниципальных районах сильно понизилась, а где-то их просто уже нет.
– Это тоже вина регионального Минздрава как организатора, – считает эксперт. – В свое время ситуацию не стабилизировали, а теперь, когда пошел отток квалифицированных специалистов, они вынуждены беременных на поздних сроках тащить за сотни километров в город. Нередко это ставит под угрозу жизнь и здоровье матери и ребенка.
Мы не раз и не два писали, как сотрудники ГИБДД спасали рожениц, которых срочно нужно было доставить в роддом. Нередко этих женщин везли из села в город, что наглядно показывает кризис системы родовспоможения в регионе. Обсуждать это министерство здравоохранения не желает.
Омская область продолжает вымирать
А обсудить есть что. В демографическом рейтинге регионов России Омская область занимает 79-е место, то есть плетется практически в самом «хвосте». По данным управления ЗАГС, за первое полугодие 2022 года смертность в Омской области оказалась почти в 2 раза выше, чем рождаемость. С января по июнь родилось 7893 ребенка, умерло же более 14 тыс. человек. При том что влияние ковида на смертность сейчас гораздо ниже, чем в предыдущие два года.
Причин роста естественной убыли населения немало. На федеральном уровне проблему пытаются решить в том числе с помощью повышения качества медицинского обслуживания. Речь в первую очередь идет о профилактике и раннем выявлении сердечно-сосудистых и онкологических заболеваний.
Еще один важный показатель – младенческая смертность. По данным Росстата, за 9 месяцев 2022 года прирост младенческой смертности в Омском регионе составил больше 10 % в количественном выражении и 16,7 % из расчета случаев на 1000 родившихся. Тенденция, как говорится, нехорошая.
По результатам Всероссийской переписи населения Омск опустился на 12-е место среди городов-миллионников. Буквально за десятилетие мы только в городе потеряли более 40 тыс. человек. Село вымирает еще быстрее. И не в последнюю очередь «благодаря» уровню здравоохранения.
Неужели Мураховского подменили в тайге?
В ноябре 2020 года, когда Омск прославился на всю страну «бунтом» скорых, губернатор Александр Бурков в спешном порядке убрал «привозного» министра здравоохранения Ирину Солдатову и поставил на ее место «в доску своего» омского кадра Александра Мураховского. До назначения тот возглавлял БСМП № 1, куда за несколько месяцев до этого волей судеб занесло одного известного оппозиционера, ныне мотающего срок в местах не столь отдаленных. Главврач Мураховский тогда был спикером № 1, давая брифинги по несколько раз в день.
Став министром, он хоть и стал меньше общаться с прессой, но из публичного поля не пропадал. Все изменилось в майские праздники 2021 года, когда случилась совершенно фантастическая история с исчезновением министра в тайге на севере области. Мураховского искали трое суток, и многие до сих пор шутят, что чиновника там словно подменили.
После того случая министра здравоохранения не видно и не слышно месяцами. За последний год его фамилия мелькнула в СМИ всего несколько раз. На этой неделе – в резко негативном контексте: появилась информация, что Мураховский находится под подпиской о невыезде. Если это так, то чиновник является фигурантом уголовного дела. Дело это, подтвердили нам в Следственном комитете, есть, но его расследование сопровождается гробовой тишиной – прямо как работа областного Минздрава.
Хватит прятаться от пациентов!
До Солдатовой министром здравоохранения был небезызвестный Андрей Стороженко. Он внедрил хорошую практику, обязав главврачей больниц вывешивать на сайтах учреждений и на информационных стендах свои мобильные телефоны. Чтобы любой пациент мог напрямую обратиться и сообщить о проблеме.
Сегодня то же самое нужно сделать руководящему составу Минздрава. Перестать прятаться от всего мира, выйти из своих «домиков» и начать честно и квалифицированно обсуждать проблемы отрасли. Главная из которых по-прежнему кадровая – в Омский медуниверситет стоит очередь из абитуриентов, а лечить жителей скоро станет некому. Получив образование, в том числе за счет бюджета, молодые специалисты-медики в омские больницы работать не идут. Низкий уровень зарплат, устаревшее оборудование, но главное – отношение: система настолько больна, что любой нормальный человек сто раз подумает, стоит ли тратить время на работу в ней. Приехали, Минздрав, не так ли?