Собственник сети ювелирных салонов рассказал, в чем лучше хранить сбережения, ждать ли помощи от государства и как пандемия отразится на семьях.

В гостях у редакции РИА «Омск-информ» побывал известный предприниматель, собственник и генеральный директор сети салонов «Ювелирный союз» Александр Стрельников. Он рассказал, как его бизнес справляется с «коронакризисом», чему человечество может научить пандемия и почему предпринимателям не стоит предъявлять претензии к государству. Разговор также коснулся перспектив российской экономики, в чем лучше хранить сбережения, как изменятся семьи и что дарить любимым.

«Коронакризис» превратился в точку роста

– Александр Николаевич, как ваш бизнес вошел в «коронакризис» и переживает эти трудные времена?

– Если вкратце, то стабильно тяжело. Но «стабильно» уже звучит оптимистично. После того как начались все эти процессы, я ни на минуту не останавливался, четко понимал, что если притормозить, можно многое потерять безвозвратно. Вовремя был сформирован резервный фонд. Моя интуиция меня не подвела, еще с Нового года мы запустили собственный интернет-магазин.

Что характерно, поначалу команда его не воспринимала, но это нормально, нововведения чаще всего сталкиваются с сопротивлением. Когда стало ясно, что скоро все закроется, собрал тех, кто в меня верит, сообщил: «Делаем основной упор на онлайн-продажи».

В силу своего политического образования многие процессы вижу несколько по-иному. В марте сказал своим, что все закончится в апреле… следующего года. Предполагаю, что ситуация с коронавирусом растянется на полгода, а то и на год. Надейтесь на лучшее, рассчитывайте на худшее. И те, кто в меня поверил, начали делать шаги по развитию нашего интернет-магазина.

Собрал товар со всех салонов у себя на Центральном и сделал склад-магазин. Это дало возможность оперативно находить и доставлять нужный товар. Запустили очень быструю доставку. Клиент позвонил – тут же отвезли заказ. Ввели гибкую систему оплаты. Можно рассчитываться при получении заказа наличкой, картами, через сайт, как угодно. Лишь бы был оборот.

– И как скоро увидели результат?

– Практически сразу. Не скажу, много мы продаем онлайн или мало, но хотя бы начали выплачивать персоналу заработную плату.

– Удалось сохранить коллектив?

– Я честно сказал девочкам, что гарантий нет никаких. Кто-то предпочел уволиться и пойти на биржу труда, те, у кого есть возможность прожить на деньги супруга, взяли отпуск без содержания. Осталась работать примерно треть коллектива, с середины мая открылись три наших салона из семи.

– А каково ваше личное отношение к сложившимся обстоятельствам?

– Уверен, вся эта ситуация превратилась в точку роста. Я позитивный человек и люблю войну. Препятствия меня всегда воодушевляют, потому что они стимулируют мыслить неординарно, принимать нестандартные решения. Мне поначалу моя команда крутила пальцами у виска, бухгалтер вообще просто кипела. Были бурление, паника…Твердой рукой по столу приходилось решать многие вопросы. Считаю, что все принятые меры и сделанные шаги правильными. Работаем.

И на команде в целом ситуация сказалась положительно. Люди стали более исполнительными и организованными. Варианта два: либо ты работаешь, либо сидишь дома.

Не ищите справедливость там, где ее нет

– Как вы считаете, предыдущий кризис, начавшийся в 2014 году, успел завершиться или он плавно перешел в то, что мы имеем сейчас?

– Кризис продолжается. Это как в том анекдоте, думали, что достигли дна, но снизу постучали. Но все же я уверен, что после всех этих коронавирусных перипетий произойдет резкий взлет в экономике.

У нас все на торговле сидят, а производим мало. Если бы малый бизнес был направлен на созидание… А так все посредники в основном. И это тупик.

– У вас же одно время был завод по производству ювелирных изделий, но вы его закрыли. По какой причине?

– Вынужден был закрыть, потому что задушили, сильно постарался Новосибирск. Оборудование никуда не делось, оно законсервировано. Но пока не знаю, буду ли возобновлять производство. Ювелирный рынок очень сложный. Регулятор наложил определенные обязательства перед законом, которые очень удлиняют весь процесс. Инвестируя в ювелирное производство, велик риск вообще ничего не заработать.

– Конкуренция среди ювелирных магазинов в Омске очень высока. После пандемии ваш рынок сильно поредеет?

– Думаю, да и после пандемии, и после Нового года, когда на нас повесят НДС и это увеличит стоимость золота на 20 %. Я считаю, чтобы рынок развивался нормально, необходимо государственное регулирование. Когда-то лицензионная палата выстраивала требования по условиям хранения, условиям безопасности персонала. Если мы открывали два магазинчика рядом или два отдела в одном торговом центре, то нам вменялась разность номенклатуры – мы не имели права торговать продукцией одного производителя, и не было смысла демпинговать, все работали с нормальной маржинальностью.

– У вас есть какая-то обида на государство, претензии, что не помогло, бросило в трудную годину? Ваша деятельность не попадает в число наиболее пострадавших отраслей, хотя фактический карантин ударил по всем. Это справедливо, на ваш взгляд?

– Не нужно искать справедливость там, где ее нет. Нужно жить в реалиях. Надейся на лучшее, рассчитывай на худшее. Сделают нам что-то приятное – спасибо, нет, значит, так надо. Чтобы о чем-то судить, надо понимать. Сидя здесь, мы не особо понимаем, что происходит там, что и ради чего делается. Поживем – увидим. Все идет по синусоиде.

…Когда-то давно, в одной из европейских стран население категорически не желало идти работать в город на заводы. Всем нравился крестьянский труд, а надо было развивать промышленность. И вот в каком-то хорьке завелся вирус, который заражал всех подряд, был падеж скота, на панике полегло много людей. После чего многие устремились в город, рынок был сбалансирован, промышленность начала развиваться.

Пандемия – прививка всему человечеству

– Для чего человечеству коронавирус, как считаете?

– Неважно, откуда он взялся, кто его придумал и зачем, мое мнение – в целом ситуация идет во благо человечества. Это некая прививка людям, чтобы они смогли взглянуть на жизнь по-другому, чтобы перестроилась экономика.

Очень много теневого бизнеса. «Коронакризис» благоприятно скажется на том, чтобы вывести бизнес из тени. Я не говорю, что COVID-19 создан искусственно, это неизвестно, но могу рассуждать о последствиях. Они в целом будут положительными для экономики: слабый бизнес умрет. А настоящий предприниматель выживет. Если есть эта жилка, человек найдет новые возможности. Вставать и падать, падать и вставать – это нормально.

С другой стороны, посмотрите, что происходит на уровне семьи. Женщина взлетела на пьедестал самостоятельности, а мужчина потерял свое место. На российскую семью сегодня в среднем приходится 1,75 ребенка. Роста нет, воспроизводство отрицательное. Европейцы катастрофически вымирают.

У себя в семьях люди должны посмотреть друг на друга иначе. В этой сложной ситуации в семье могут стать более качественными отношения, многие супруги уже их пересматривают. Дети тоже должны по-другому посмотреть на своих родителей.

Сделать так, чтобы твои близкие были счастливы – основная задача мужчины. То есть у мужчины цель не гнаться за богатством, а сделать близких счастливыми. Это основное золотое правило: деньгами счастья не купишь. В последнее время оно потерялось, поэтому тотально распадаются семьи.

Мы все куда-то бежим, женщины занимаются собой, они спортивные, автомобилистки, с парашютом прыгают, а про мужиков забыли.

– Так уже во всем мире волна разводов на фоне карантинов и самоизоляции, что тут хорошего?

– Значит, женились не на той, выходили замуж не за того. Волна разводов тоже даст положительный результат. Если семья не пережила трудностей и распалась, значит, люди найдут себе новые, возможно, те самые, настоящие «половинки». Последуют новые браки и более основательные отношения.

О жизни отца можно написать роман

– Раз мы заговорили о семье, расскажите о своих истоках. Ваши родители – классическая интеллигентная семья врача и педагога…

– Я серьезно изучал свое генеалогическое древо, знаю свою подноготную по отцу. Наш род Стрельниковых идет из Кенигсберга, чисто арийский, не путайте с немцами.

Потом семья переехала в Царицын (ныне Волгоград), а во время революции перебралась в Харбин с белогвардейской армией. Мой прадед стал епископом в Харбине, возглавлял церковь. Служителем церкви, архимандритом, был и дед. А отец пошел по другому пути. По его биографии можно роман написать! Получил медицинское образование в Китае. Воевал на стороне Северной Кореи, побывал в плену у американцев, бежал оттуда в вагоне с углем, попал на оккупированную японцами китайскую территорию. Знал китайский, японский, русский языки. В 1957 году семья вернулась в Россию, точнее, в СССР. Нужна была интеллигенция для восстановления страны. Отец попал в Курган, работал вместе с легендарным Илизаровым, возглавлял отделение травматологии. В конце 60-х переехал в Омск. Мама и бабушка – педагоги. Бабушка была директором школы, преподавала физику и математику, ее боялись все. В войну была директором интерната для детей работников НКВД. Чтобы ими управлять, нужно было обладать железной волей. Ее боялись все, кроме меня.

– В вашей семье жена еще и ваша правая рука на работе – коммерческий директор, получается, партнер по бизнесу, это не мешает?

– Нисколько не мешает, а, напротив, помогает. Супруги всегда партнеры по жизни. Моя супруга отличный специалист, помощница во всем. Олеся замечательный человек, хорошая мама, очень скромная, деловая, настоящая леди, водит автомобиль. Подарила мне двоих чудесных сыновей. Мы живем вместе уже 15 лет, это мой второй брак. От первого брака взрослая дочь, внучке 11 лет.

– Пять лет назад вы выдвигались кандидатом на пост губернатора Омской области и свое желание участвовать в выборах мотивировали тем, что делаете это ради будущего своих детей. Сейчас у вас остались политические амбиции?

– Я политический романтик, верил в великие цели. Я не способен воровать, но умею делать дело и брать ответственность на себя. Сейчас куда-то выдвигаться не думаю. Но если появятся конкретны цели и задачи, не ради денег, а ради того, чтобы сделать что-то стоящее в этой жизни, то, может быть, и да, вернусь в политику.

Золото и бриллианты – вечная тема

– Вокруг золота и бриллиантов много мистики. Каково ваше личное отношение к золоту, драгоценным камням?

– К золоту отношусь как к сакральному металлу. Есть некий момент, который позволяет человеку быть уверенным в себе. Не секрет, если мы носим при себе ценную вещь, особенно когда она подарена человеком, который вложил какой-то особый смысл, это становится неким энергетическим символом, подкрепляющим нашу веру в себя.

Драгоценные камни усиливают те или иные качества человека. Рубин – власть, сапфир, бриллиант – то, во что мы вкладываем глубокий смысл. Драгоценные камни – это кристаллы, которые генерируют энергию, они вызревали в земных глубинах на протяжении нескольких столетий. Ювелирные украшения из золота, серебра, драгоценных камней формирует нас самих, наш образ.

– Что вы обычно дарите своим близким?

– Все зависит от события. За рождение старшего сына я жене подарил перстень – аналог кольца принцессы Лили с бриллиантом весом 12 карат, за рождение младшего купил Nissan Qashqai.

– Представители молодых поколений скорее предпочтут в качестве подарка гаджет, а не ювелирное украшение. Как считаете, это устойчивая тенденция или преходящая мода?

– Гаджеты уже настолько входят в привычку, как когда-то автомобили стали просто средством передвижения и перестали быть «роскошью». В современных гаджетах главное функционал, скоро и торговая марка перестанет иметь значение. Гаждеты быстро устаревают, ювелирные украшения вечны во всех смыслах.

В то же время уже и до пандемии был спад на ювелирку в развитых странах, примерно на 5 % в год, в России значительно больше. Но это связано не с модой, а с финансовыми возможностями людей.

– Существует проблема некачественных ювелирных изделий. Кто-то думает: а все равно сейчас можно нарваться на подделку, зачем рисковать деньгами.

– Без ложной скромности скажу, что мы одни из немногих на российском рынке (даже не омском), кто держит качественную марку. Такого уровня отбора товаров по качеству нет ни у кого. Возвращаем до 70 % товара поставщикам, при этом работаем с надежными и проверенными производителями. Но может быть небольшая разница в цвете сережек или камни чуть шатаются. Для нас это неприемлемо.

– За последние год-два какая была ваша самая крупная продажа?

– Были крупные продажи в пределах 5 миллионов рублей.

– Золотые украшения – это же еще и золотой запас семьи.

– И это тоже. Расскажу историю. Бабушка жила в деревне Конево Абатского района Тюменской области. Мне лет 10–11. Мы встречам бабушку с другом Серегой, она говорит, приходите вечером. Приходим. Она садит нас, зажигает свечи, гасит свет и дает книгу – читаем молитвы. Нам нравится. Потом дает по золотой николаевской монете. Мне говорит, эта монета тебе еще поможет. А потом открываем книгу. И мы ни слова не можем прочитать – она на старорусском языке. Клянусь!

А ту николаевскую монету я продал перед своей первой свадьбой. Нужны были деньги, а отец категорически отказался помогать.

– Вы занимаетесь и монетами, и слитками. Стоит ли хранить свои сбережения в металле?

– Золото и серебро – это самая твердая «валюта», а не доллары и не евро. Золото и серебро – были, есть и будут. Слитки и монеты – самые надежные вложения, которые формируют семейный капитал. Золото в цене только растет, причем довольно серьезными темпами.

БЛИЦ

– Море и пляж или экскурсии по городам?

– 40-метровая яхта.

– Самолет или поезд?

– Машина.

– Любимое блюдо?

– Рис с ананасом.

– Что можете приготовить своими руками?

– Все что угодно.

– Любимый алкогольный напиток?

– Виски.

– Чай или кофе?

– Какао.

– Кошка или собака?

– У меня кошка-собака – мейнкун.

– Брюнетка или блондинка?

– Шатенка.

– Кино или сериалы?

– По статистике, после 45 лет люди не смотрят ТВ, значит, кино.

– Ваенга или Стас Михайлов?

– Макс Барских.

– Что читаете?

– Одна из моих любимых настольных книг, «Нравственное богословие», досталась от деда, до конца ее прочитать не могу уже много лет. Каждая глава требует углубления. И чем чаще возвращаешься к каким-то главам, тем лучше их понимаешь. Вот, например, как там описывается, что такое совесть. Совесть – это голос человеческой души.

– Большое спасибо за увлекательную беседу.

Записала Ольга Ложникова,

Фото Дмитрия Мишанина и из архива Александра Стрельникова.