Михаил Курцаев о визите Мединского, о том, кто на самом деле создал «Арт-центр на Любинском» и почему быть меценатом – дело неблагодарное.

В ходе своего недавнего визита в Омскую область министр культуры России Владимир Мединский побывал в «Арт-центре на Любинском», который прошлой осенью открыл бизнесмен Михаил Курцаев. Министр ознакомился с отреставрированным помещением, а также побывал на спектакле «В Москву – разгонять тоску!» «Центра современной драмы ОМСК» Светланы Баженовой.

Министру показали, как можно продуктивно использовать здание, являющееся памятником культуры и архитектуры регионального значения, причем без привлечения бюджетных средств.

...Сегодня трудно поверить, что несколько лет назад помещения второго этажа и мансарда по улице Ленина, 9, находились в полуразрушенном состоянии, а сквозь щели в окнах была видна улица. Сегодня здесь современный, прекрасно оснащенный технически (свет-звук) зрительный зал на 120 мест, гримерки, в том числе ВИП-грим-уборная, душевые, буфет, соединенный с кухней ресторана Bevitore на первом этаже, просторное фойе для зрителей, гардероб. Интерьер после реконструкции выполнен в классическом стиле. По словам архитектора проекта Александра Бегуна, практически все воссоздано по старым чертежам, сохранено обрамление окон и дверных проемов. Ведь реконструкция проводилась с учетом условий охранного обязательства –сохранения декора интерьера.

Мы не могли не задать собственнику здания Михаилу Курцаеву несколько вопросов, в связи с публикациями в ряде омских СМИ, где ситуация вокруг «Арт-центра на Любинском» рассматривается с несколько иного ракурса, даются странные оценки и комментарии.

Так, в интервью, опубликованном в журнале «Бизнес-курс» и на сайте mc.bk55.ru актер и режиссер Александр Гончарук утверждает, что «Михаил Анатольевич поначалу играл в такого строителя, мецената театра. И потом, когда театр, где я три года консультировал, присутствовал на планерках, выслушивая «Это дорого, это плохо», был построен, он все-таки понял, что не в состоянии содержать его… Без меня Михаил Анатольевич никогда бы не взялся за «Арт-центр на Любинском». Если говорить о харизме, то, конечно, на Ленина, 9, театр возник благодаря Гончаруку, но построен на деньги Курцаева».

– Михаил Анатольевич, если верить Гончаруку, оказывается, в процессе реконструкции второго этажа здания по улице Ленина, 9, вы всего лишь «играли в строителя и мецената». А театр как бы сам собой построился...

– Для начала уточню: я уже давно не меценат. Желание быть им напрочь отбили такие жизненные ситуации, когда одно общество слепых, получившее от меня чуть меньше помощи, чем другое, обращается по этому поводу с жалобами на меня же в прокуратуру. Или общество боевых подруг требует от меня больше, чем я хочу дать, и мне приходится спрашивать у этих женщин: «А есть ли у них дети? А почему они не помогают?» Ну и феерические, на мой взгляд, судебные решения омских судей Лозовой и Огарь поставили на моем меценатстве жирную точку.

Да, я всегда хочу знать, как используются мои деньги, какую пользу они приносят обществу и конкретным людям.

Бывая в других городах и странах, я ежедневно посещаю либо музей, либо театр. После покупки второго этажа здания на Ленина, 9, я долго думал, чем его наполнить, и наконец решил, что это будет зал, в котором можно проводить спектакли, концерты, конференции. Кроме спектаклей «ЦСД», в начале марта, например, прошел детский выпускной концерт Виктории Иноземцевой. На конец апреля есть договоренность о проведении отраслевой пятидневной конференции.

Что касается публикации на ресурсе Сергея Сусликова, то почти в каждой строчке интервью, взятом у Александра Гончарука и подписанном Василием Романовым, на мой взгляд, ложь. Почему в «Бизнес-курсе» появилось такое интервью? Там, наверное, уже некому вычитывать тексты? И вообще, здраво ли мыслят в этой редакции? Далек от мысли, что это кем-то проплаченная публикация. Но и не думаю, что подписал его Романов по глупости. Мне кажется, это любовь! И интервью можно было бы так и назвать – «Васина любовь».

– В каком году вы приобрели 2-й этаж с мансардой здания по улице Ленина, 9?

– Помещение было приобретено лет пять назад, реконструкция велась более трех лет. Второй этаж был в катастрофическом состоянии. В ходе ремонта были заменены: крыша, перекрытия второго этажа, окна, системы отопления и электроснабжения. Полностью была произведена новая отделка всех помещений. Хозяева, которые были до меня, практически угробили помещения. Прогнившие деревянные перекрытия могли рухнуть в любой момент. Местами была открытая электропроводка, а через щели в окнах была видна улица.

– И все же, какую роль в создании «Арт-центра на Любинском» сыграл Александр Гончарук? Что означает его утверждение, что «театр создавался под Гончарука»? Если бы он не сидел на собраниях, что-то бы изменилось? Кто еще входил в команду консультантов?

– Поначалу я думал, что один из тех, кто будет использовать помещение после реконструкции, – это театр Гончарука. Сам Гончарук несколько раз появлялся на строительной площадке, но консультировать и тем более проектировать и строить у него, по моему мнению, ума не хватит. Театр проектировал известный омский архитектор Александр Бегун, а свето-звуковое оснащение делал инженер Андрей Сергеичев. Также консультировал Александр Скуратов из Музыкального театра и еще ряд специалистов.

А спроси Гончарука, кто театр строил. Он наверняка даже имени строителя не знает. Повторюсь, он был несколько раз на стройке, и все. Но за это время из-за своих амбиций и, на мой взгляд, некомпетентности он разругался со всеми, с кем ему удалось пообщаться. Знания Гончарука по строительству и оснащению театра, я считаю, даже поверхностными назвать сложно.

Я видел, как он обучает детей, как они растут в своей профессии. Да, они растут, но, по моему мнению, очень медленно. Из его нынешних учеников, считаю, полноценный театр не создать.

Не один месяц я с ним разговаривал о том, как будет существовать его труппа, пока не понял, что Гончарук, похоже, меня просто разводит на деньги. Сначала на меньшие, но с аппетитом на будущее. При этом, на мой взгляд, он ни за что не хотел отвечать (у него же только творческая часть!).

Сейчас в театре основных работает 7 человек, он же хотел, чтобы только обслуги было более 30 человек. На зал в 120 мест, по его мнению, нужно было взять завлита, четырех монтировщиков, снабженца, парикмахера, гримера, пару костюмеров. Ему как главному режиссеру платить надо за каждый спектакль. А еще нужны: художник, композитор, швея, бутафоры, реквизиторы, звукорежиссер, зам. по организации зрителя, зав. музыкальной частью, хореограф и т. д. И все это, подчеркиваю, на зал в 120 зрителей!

Ко всему прочему, его труппа мне поставила в начале ноября ультиматум из восьми условий. Ультиматум они мне поставили, а сами требовали, например, чтобы перед Новым годом не было спектаклей, потому что они же хотят заработать! При этом претендуют на поощрения, отгулы, гонорары. И мне предъявляли претензии, что якобы я на них хотел заработать!

Не буду лукавить. Этот, на мой взгляд, неуравновешенный руководитель, будущие работники, которые мне, полагаю, не собирались подчиняться, раздутый штат обслуги (я посмотрел штатные расписания омских театров и просто обомлел от количества ненужных работников) – все это меня очень тяготило.

Было ощущение, что с Гончаруком меня ждет большой позор. Ну раз ультиматум, то и скатертью дорога!

– Но раз помещение реконструировано под определенную функцию, театральную, вы пригласили замечательный молодой коллектив Светланы Баженовой «ЦСД». Судя по аншлагам, вы не ошиблись?

– Да, с ноября прошлого года я работаю с «ЦСД» Светланы Баженовой. Мы партнеры, и я доволен. Мне нравится коллектив, и я, естественно, чем могу, помогаю. Театр существует и будет творчески расти. Я в это верю. И я, естественно, не разорился.

– Вам удалось пообщаться с министром культуры Владимиром Мединским лично. О чем вы разговаривали?

– Мединский меня с ходу огорошил вопросом: «Что делать с «Омской крепостью»?» «Омская крепость» сейчас пуста. Это было еще до спектакля. А после, на ужине, мы с Александром Бегуном рассказали ему о конкурсах архитекторов и общественников по «Омской крепости», которые проигнорировали экс-мэр Омска Вячеслав Двораковский, его приятели и подчиненные из городских департаментов архитектуры и культуры, НПО «Мостовик» и «Омскгражданпроекта». Рассказали, почему в результате в «Омской крепости» стоят семь разрозненных зданий, не связанных ничем, и как люди, на мой взгляд, на этом руки погрели. Мы рассказали, как на протяжении пяти лет его,  считаю, просто обманывали Двораковский сотоварищи. В итоге «Омская крепость» стоит пустая.

Мединский, конечно, был огорчен. Если бы он знал, что этим закончится, то, полагаю, никаких денег город бы просто не дождался.

А наш «Арт-центр на Любинском» ему понравился. Там будут спектакли, концерты, конференции...

Фото: vk.com/artcentreomsk.